Последние комментарии

  • Валерий Протасов20 мая, 9:50
    Мышление нормального человека. не только Крым и Донбасс, но и все земли Украины русские по происхождению. И вся антир...Немецкий писатель доходчиво объяснил, почему Донбасс нужно отдать России
  • Дмитрий Бакланов20 мая, 9:50
    Учитывая разгул коррупции в стране посадят полицейских!"Скверное" дело: СК хочет установить всех, кто участвововал в митингах вокруг храма-сквера
  • Дмитрий Бакланов20 мая, 9:47
    Это нельзя заработать. Ну и капиталисты не работают, а просто присваивают результат труда рабочих и крестьян, вы до с...Годовая з/п равная 5 642 лет мой пенсии.

Сиротство – системная ошибка?

Сиротство – системная ошибка?

В Госдуме разрабатывается законопроект, разрешающий брать детей под опеку только родственникам.

Комментирует председатель Межрегионального общественного движения «Семья, любовь, Отечество» Людмила Рябиченко:

– Вопрос семейного обустройства детей-сирот сейчас - один из самых острых вопросов семейной политики России.

В последние годы демографическая ситуация в стране снова демонстрирует угрожающие тенденции к сокращению, а стратегии государства в ответ на эти вызовы характеризуются в том числе карательно-репрессивным характером служб, которые взаимодействуют с семьёй. Так, опека стала по большому счёту суровым надзорным органом, который в своей работе всё более отчитывается не тем, сколько семей удалось сохранить, а тем, сколько детей удалось «спасти» от родителей.

Между тем приоритет кровной семьи - единственно важное направление в вопросах демографической безопасности государства, и в этом контексте важно, наконец, обратить внимание на то, чтобы ребёнок, даже если ситуация не позволяет оставить его с родителями, всё-таки находился в орбите рода. Для формирования идентичности важно помочь ему создавать верное и устойчивое представление о себе как о сыне, брате, внуке, племяннике, оставить за ним право знать, кто он такой, откуда вышел, какие корни его питают, кто его окружает. И этому должно способствовать нахождение его среди адекватных родственников, пусть и достаточно дальних, но всё же позволяющих сохранять связь с семьёй.

Любое перемещение ребёнка из кровной семьи является для него стрессом вне зависимости от ситуации, в которой он изначально находился. Но наиболее пагубна ситуация в случае с международным усыновлением, когда ребёнка, не спрашивая его согласия, помещают в инородную среду, в которой его встречают не только чужие традиции, язык и культура, но и чужие вкусы, запахи, звуки, виды, ощущения – всё, что для любого человека становится причиной «культурного шока». Даже для взрослых мигрантов в ряде стран предусмотрены программы по преодолению этого состояния, а для детей ничего не делается, что становится не только сутью конфликтов с новыми «родителями», но зачастую имеет трагические последствия.

Экономическая ситуация в российском обществе в последние двадцать пять лет не щадит семьи и стигматизирует те из них, кто недостаточно ловок, нахрапист, умел и богат. Скромным во всех отношениях семьям приходится доказывать своё право на существование и воспитание собственных детей, а тем, кто совсем слаб, то и дело угрожает маргинализация и разрушение вплоть до уничтожения. Сделать это достаточно легко – нужно всего лишь изъять из семьи ребёнка.

У нас сейчас фактически нет служб, которые помогают семье при встрече с проблемой или бедой, удерживают от того, чтобы не опустить руки и не опуститься, но зато напротив весьма отлажены механизмы, которые при малейшей неустойчивости семьи тут же с готовностью включаются и охотно её перемалывают.

К сожалению, в отечественном правовом поле нет ни одного определения самого понятия «семья», а существующий Семейный кодекс РФ на две трети состоит из статей, описывающих порядок изъятия ребёнка из семьи и последующего процесса его возвращения или невозможности это сделать. Результатом этого стал необыкновенный рост социального сиротства, когда зачастую все сто процентов детей-сирот в конкретном регионе являются сиротами при живых родителях. И это – катастрофа для государства, поскольку разрушается институт семьи, что приводит к деформации традиций и ценностей и, в конечном итоге, к разрушению нации, которая служит базовым основанием государственности.

При этом родственные ребёнку люди и посторонние лица оказываются в неравном положении: при взятии ребёнка под опеку кровное родство становится препятствием для получения материальной помощи.

Такой порядок уже породил массу злоупотреблений в отношении детей, как со стороны чиновников, так и со стороны опекунов. Ребёнок всё более капитализируется, становится товаром, приобретает цену в глазах не только криминальных элементов, но и простого обывателя: в условиях неуклонно снижающегося материального уровня общества всё больше людей поворачивается в сторону «заработка на сиротах», а также набирает силу процесс неприкрытой торговли детьми.

По информации Следственного комитета, за последние три года в России граждане стали чаще пытаться продать детей; в 2015 году было 23 таких случая, а в 2016 году – уже 77. Также, по мнению МВД, детей используют для незаконного усыновления, в 70% заграничного, для чёрной трансплантологии, попрошайничества, уличного воровства, сексуального рабства; по мнению ЮНИСЕФ – более 1 млн детей в мире ежегодно.

Общественность много лет выступает за приоритет кровного родства при усыновлении и опеке детей-сирот с обязательной материальной поддержкой при этом родственников, но такие предложения постоянно наталкиваются на ожесточённое сопротивление определённых сил.

В последнее время в правовом поле то и дело появляются инициативы, которые заявляются как спасение семьи и защита демографии, но на поверку оказываются ещё большим злом. Как можно согласиться с теми предложениями, которые введут в нашу жизнь право полиции на самостоятельное отобрание ребёнка, с принятием в судебном порядке решения в течение 24 часов; не может существовать в здоровом обществе и так называемое «профессиональное родительство».

Но всё это – лишь работа с последствиями, а не с причиной. Когда наше общество всё более расчеловечивается, утрачивая милосердие, сострадательность, доброту, участие; когда бесконечно рождающиеся законопроекты в нарушение Конституции отталкиваются от потенциальной вины родителей и в качестве санкций предполагают единственное средство – отобрание ребёнка из семьи; когда среднестатистическая семья выбирает между платой за кружок для ребёнка или покупкой новых ботинок для него; когда проезд ребёнка на транспорте, покупка учебников или сбор денег на выпускной в школе способны пробить серьёзную брешь в семейном бюджете; когда просьба к социальной службе оказать помощь становится причиной проверки семьи и последующих репрессий; когда наличие собственного мнения по вопросу лечения или вакцинации ребёнка становится фактором риска и угрозой лишения ребёнка, гражданину трудно понять, что семья важна для государства и почётна для него самого, и пока семейная политика не преодолеет неестественный курс своего движения, трудно рассчитывать на положительный результат.

При исправлении ситуации с разрушением семьи и эпидемией социального сиротства вовсе не требуется придумывать ничего нового – у государства уже есть успешный опыт, который нужно просто вспомнить.

В России ведь не так давно, в постреволюционные и советские времена, были молочные кухни для детей до года, где родителям бесплатно выдавали специально приготовленные (а не как сегодня – «магазинные») кефир и творог для их малышей; в трудные времена для детей в специальных пунктах бесплатно выдавали молоко; в загсах при регистрации ребёнка была традиция дарить родителям пакет с вещичками для младенца; в детском саду была минимальная плата, а в школе – бесплатное питание.

В милиции были «детские комнаты», работники которых старались помочь и ребёнку, и семье; участковые инспекторы знали каждую такую семью на своём участке и старались удержать её в орбите здоровой жизни. Для тех родителей, кто страдал от алкоголя, было принудительное лечение и трудоустройство, а если они оступались, никто тут же не выхватывал из их рук детей, чтобы перебросить чужим людям, а отправляли их в интернат, где они жили временно, твёрдо зная, что у них есть их собственные родители, которые когда-то вернутся к ним. У родителей при этом оставалась связь с обществом, которое не уничтожало их окончательно, а давало шанс, который многие из них использовали.

Конечно, всё это возможно только при реально существующем социальном характере государства, который де-юре содержится в нашей Конституции.

Найти для этого деньги тоже не составляет проблемы: так, во время кризиса 2014 года образовавшийся из-за секвестированного в части социальной сферы бюджета профицит почти в полтора триллиона рублей был непостижимым образом признан единственным средством для «укрепления» российских банков, в большинстве своём являющихся частными структурами, и благополучно направлен на их счета.

Если бы такой шаг в тот период был сделан в отношении российских семей, пусть даже не всех, а самых материально необеспеченных, это стало бы моментом истины для восстановления у общества доверия к власти. Ведь именно принцип справедливости в России всегда являлся единственным мерилом оценки государственного устройства.

Специально для «Столетия»

Источник ➝

Популярное

))}
Loading...
наверх