Последние комментарии

  • Оксана Головенко16 сентября, 11:58
    Мальчики - воины... Не хотела я этой темы касаться... Почему вы думаете, что мы, те, кто вас содержал и содержит, не ...Всемирный банк о пенсиях в РФ: Кремль надо давить, давить и давить.
  • Вячеслав Багров16 сентября, 11:39
    Ничего принципиально нового эта ренд корпорейшн не предлагает,да и что здесь можно предложить? Не воевать же им, в са...В США обнародовали план «похорон» России
  • Сергей Семенов16 сентября, 11:33
    Во-первых, что не обязательное требование? Разве писать грамотно по-русски - это необязательно? Зачем тогда 10 лет за...Украина готовит пакет мер для улучшения жизни Донбасса

«Умирать было не больно — обескровленные дети просто засыпали»: нацистские детские лагеря смерти в Белорусской ССР

https://img-fotki.yandex.ru/get/52461/115662641.14d/0_156543_3fd1afb7_orig.jpg

«Умирать было не больно — обескровленные дети просто засыпали»: нацистские детские лагеря смерти в Белорусской ССР

На Гомельщине, в деревне Красный Берег Жлобинского района во время войны фашисты создали сборный пункт для детей, которых насильно отнимали у родителей. У тех детей забирали кровь для раненых немецких офицеров.

В краснобережский лагерь смерти узников свозили из нескольких районов тогдашней советской Белоруссии. Отбирали детей в возрасте от 8 до 14 лет. Большинство сюда попадавших были девочки. У них чаще всего встречались первая группа крови и положительный резус-фактор.

Тети и дяди в белых халатах вели себя с жертвами без особой строгости, но кровь забирали у них до последней капли. Умирать было не больно — обескровленные дети просто засыпали, а тем, кто еще подавал признаки жизни, губы смазывали ядом — этакий своеобразный «жест гуманизма» со стороны бездушных палачей.

Здесь, в Красном Береге, был апробирован новый «научный» метод забора крови. Детей подвешивали под мышки, сжимали грудь. Для того чтобы кровь не сворачивалась, делали специальный укол. Кожа на ступнях отрезалась, или в них делались глубокие надрезы. Вся кровь стекала в герметичные ванночки. Тела ребятишек увозили и сжигали. Свой метод отбора крови гитлеровские врачи считали «гуманным». Иным детям «везло» больше — их отправляли донорами в Германию и там забирали у них кровь для раненых офицеров и солдат вермахта.

Из материалов Немецкого архива Белоруссии известно, что всего из этого лагеря фашисты вывезли 1990 детей. А вообще, по официальным данным, в годы Великой отечественной узниками детских концлагерей стали более 35 тыс. одних только белорусских детей.

При разборе кирпичной кладки разрушенной печи в одном из домов в освобожденном райцентре Лиозно, что в Витебской области, нашли письмо 15-летней девочки Кати Сусаниной. На конверте стоял адрес: «Действующая армия. Полевая почта №… Сусанину Петру». В Лиозно белорусская школьница находилась в рабстве у одного из знатных оккупантов, уже осваивающих новые, «приобретенные Великим рейхом» земли. 12 марта 1943 года, в день своего 15-летия, более не в силах терпеть издевательства, Катя покончила жизнь самоубийством. Письмо было опубликовано в «Комсомольской правде» еще 27 мая 1944 года.

«Дорогой папенька! Пишу тебе письмо с немецкой каторги. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых уже не будет. Моя просьба к тебе, отец, покарай немецких кровопивцев.

Минск КАЗНЬ ГРУППЫ ЩЕРБАЦЕВИЧЕЙ

Минск КАЗНЬ ГРУППЫ ЩЕРБАЦЕВИЧЕЙ

Это завещание твоей умирающей дочери. Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи, ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу. Мама не стерпела и гордо сказала, вот ее последние слова: " Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется и вышвырнет вас, подлых захватчиков, вон».

И офицер выстрелил маме в рот. Дорогой папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет. Если бы сейчас встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькой. Мои глаза впали, косички мне остригли наголо, руки высохли, похожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь. Мне отбили легкие. А помнишь, папа, два года тому назад мне исполнилось 13, какие хорошие были именины. Ты мне тогда сказал: "Расти, доченька, на радость большой". Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню. А теперь, когда я взгляну на себя в зеркало, — платье рваное, номер, как у преступника, сама худая, как скелет, и соленые слезы в глазах. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят, затравленные голодными овчарками. Я работаю рабыней у немца Ширлина, работаю прачкой, стираю белье, мою полы.

Работы много, а кушать два раза в день, в корыте с Розой и Кларой. Так хозяйка зовет свиней. Так приказал барон. «Русы были и есть свиньи». Я боюсь Клары, это большая жадная свинья. Она мне один раз чуть палец не откусила, когда я доставала из корыта картошку. Живу в сарае.

В комнаты мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба. Хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине. Два раза я убегала. Меня находил их дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Когда теряла сознание, на меня выливали ведро воды и бросали в подвал. Новость. Сказала Юзефа. Хозяева уезжают в Германию с большой партией невольников и берут меня с собой. Я не поеду в эту трижды проклятую Германию. Я решила, что лучше умереть в родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Я не хочу больше мучиться рабыней у проклятых жестоких немцев, не дававших мне жить. Завещаю, папа, отомстить за маму и за меня. Прощай, добрый папенька. Ухожу умирать. Твоя дочь Катя Сусанина. Мое сердце верит — письмо дойдет. 12 марта 1943 года...».

Дети Маутхаузена показывают выколотые на руках номера

Источник: Еленский О. В Белоруссии было 14 детских концлагерей

https://www.rubaltic.ru/context/umirat-bylo-ne-bolno-obeskro...

http://s00.yaplakal.com/pics/pics_original/6/1/6/9159616.jpg

«Советских военнопленных запрягали в повозки вместо лошадей»: английский историк о зверствах немецкой армии под Сталинградом

Английский историк Э. Бивор писал:

«Во время отступления в конце ноября 1942 г. немецкие пехотные дивизии столкнулись с кавалерийскими частями противника. Поскольку лошадей в германской армии не хватало, немцы использовали вместо тягловых животных русских военнопленных. "Мы тянули повозки вместо лошадей, — вспоминал один советский ветеран. — Тех, кто не мог двигаться быстро, убивали на месте. Мы тащили телеги четыре дня без всякого отдыха".

В лагере для военнопленных возле Вертячего немцы отбирали самых здоровых узников и увозили с собой. Оставшиеся, больные и беспомощные люди, были брошены на произвол судьбы. Когда к лагерю подошли части 65-й армии русских, из девяноста восьми пленных в живых осталось только двое.

Фотографы сделали снимки, от которых кровь стыла в жилах. Впоследствии фотографии были опубликованы, что дало советскому правительству дополнительный повод обвинить нацистов в военных преступлениях.

Многочисленные заявления советской стороны о зверствах фашистов почти невозможно проверить. Что-то, несомненно, преувеличивалось, и не только в пропагандистских целях. Но ряд фактов, скорее всего, соответствует действительности. Наступающие советские войска повсеместно встречали женщин, детей и стариков, изгнанных немцами из собственных домов. Они везли свои жалкие пожитки на санках. Многих нацисты обобрали, лишив зимней одежды.

Василий Гроссман в своих воспоминаниях описывает множество подобных случаев. Обыскивая пленных немцев, красноармейцы приходили в бешенство. Солдаты вермахта не гнушались даже самой жалкой добычей — женскими платками, старыми шалями, кусками ткани и даже детскими пеленками. У одного немецкого офицера было обнаружено двадцать две пары шерстяных носков. Изможденные селяне рассказывали о том, что им пришлось пережить во время немецкой оккупации.

Немцы гребли все подряд: скот, птицу, зерно. Стариков пороли, иногда до смерти. Крестьянские дворы поджигались, юношей и девушек угоняли на работу в Германию. Оставшиеся были обречены на голодную смерть.

Василий Гроссман видел, как гнали по дорогам пленных немцев — жалкое зрелище. Многие из них были без шинелей и кутались в рваные одеяла, перехваченные кусками проволоки или веревками вместо ремней. "В этой огромной пустой степи они были видны издалека. Солдаты проходили мимо нас колоннами по двести – триста человек или небольшими группами, человек по двадцать пять – тридцать. Одна колонна, длиной в несколько километров, медленно в ряд тащилась вперед, повторяя все изгибы дороги.

Некоторые немцы, знающие русский язык, выкрикивали: "Не хотим войны!", "Мы хотим домой!", "К черту Гитлера!" Конвоиры с сарказмом говорили: "Теперь, когда по ним проехались наши танки, они поняли, что не хотят войны, а раньше им это и в голову не приходило".

Пленных переправляли на восточный берег Волги на баржах. Они угрюмо стояли на забитых до отказа палубах, пристукивая сапогами и дуя на руки, чтобы согреться. Матросы наблюдали за пленными с мрачным удовлетворением. "Пусть поближе полюбуются на Волгу", — усмехаясь, приговаривали они».

https://www.rubaltic.ru/context/29112018-sovetskikh-voennopl...http://

http://

http://

'

Популярное

))}
Loading...
наверх